- Что произошло на заседании Европейского совета? Почему Виктор Орбан начал вести себя таким образом? В декабре ведь уже было достигнуто соглашение о том, что Европейский союз предоставит Украине кредит.

- Орбан показывает свое истинное лицо и то, что он ведет себя как подчиненный Владимира Путина. Я не совсем понимаю, что он вообще делает в Европейском союзе, если он против всех решений и, по сути, не держит слово. Таким людям не место в этом клубе. Когда в декабре обсуждался этот вопрос, Орбан и некоторые другие заявили, что не будут гарантировать этот кредит, но позволили европейским государствам совместно его предоставить. Гарантией по этому кредиту является текущий бюджет Европы. Это означает, что использовать его без согласия глав государств невозможно. И сегодня сложилась ситуация, при которой Орбан отказался от своего согласия и показал себя настоящим негодяем.

Это, безусловно, в определенной степени связано с выборами в Венгрии, но тем не менее Венгрия не ведет себя как ответственное государство. В качестве аргумента приводится, что Украина якобы создала ситуацию, при которой нефтепровод не поставляет нефть в Венгрию. Сейчас было предложено направить делегацию на место и проверить, поврежден ли этот трубопровод, потому что Венгрия утверждает, что он не поврежден, а просто [президент Украины Владимир] Зеленский не дает. В это трудно поверить.

- Является ли это исключительно вопросом борьбы на внутригосударственном уровне? 12 апреля в Венгрии пройдут выборы, и текущие опросы Орбану особого успеха не прочат. Мы и раньше видели, что опросы показывают одно, а итог оказывается другим. Если лидер оппозиции Петер Мадьяр станет премьер-министром Венгрии, может ли ситуация измениться? Стоит переждать этот месяц и дождаться нового премьер-министра?

- У Петера Мадьяра, которого я лично знаю и который является депутатом Европейского парламента в нашей фракции, есть дилемма. Он должен суметь победить Орбана его же методами. Что он будет делать после этого, никто из нас точно оценить не может, но в своих высказываниях он был проевропейским.

Ему, конечно, придется учитывать мнение граждан Венгрии. Есть темы миграции, где он не проявляет либеральности и мягкости. Посмотрим. Я все же склонен считать, что ключом к его успеху будет ответственно функционирующее венгерское государство. Думаю, именно на это он и рассчитывает. Будем надеяться, что он победит, что в Венгрии не начнется гражданская война и что Венгрия начнет вести себя как приличное государство – государство, которое держит слово.

- В Европе и ранее звучали высказывания с уклоном на прокремлевскую позицию. Например, премьер-министр Бельгии Барт де Вевер говорил о необходимости начать переговоры с Россией по поводу закупок нефти и газа. Начали ли подобные сигналы в Европе распространяться сильнее?

- Они всегда были. В Германии есть значительная часть избирателей и политиков, в том числе среди христианских демократов, которые по-прежнему считают, что с Россией нужно вести бизнес и что дешевая энергия важна. Такие люди есть в каждой стране. В принципе, каждый гражданин хотел бы, чтобы его жизнь была такой же хорошей, как раньше, и поэтому хотят дешевой энергии. Мы в Эстонии тоже хотели бы получать более дешевую энергию. Но эти голоса сейчас приглушены. Например, на высказывание премьер-министра Бельгии министр иностранных дел страны ответил, что это точно не так.

Есть разные идеи, но в целом по вопросам санкций и источников энергии Европа пока сохраняет единство. Как долго это продлится, я не знаю. Если ведущаяся против Украины война закончится, думаю, очень быстро все вернется к прежним процессам.

Сейчас мы должны сделать все, чтобы Украина продолжала воевать с полной отдачей и чтобы Европа стояла за ней единым фронтом, что, к сожалению, сегодня тоже не очень просто. Этот кредит в размере 90 миллиардов обеспечил бы существование украинского государства и военную поддержку. Если мы не найдем решение, будет очень трудно. Украина может получить от Всемирного банка еще около девяти миллиардов, что позволит ей существовать как государству и вести войну примерно до мая. А что будет дальше – неясно. На данный момент я не вижу, чтобы у Европы как у организации были юридические механизмы обойти сопротивление Орбана.

<...>