По оценке Всевиова, старый подход, когда Европа просила Вашингтон взять на себя ведущую роль, уже не работает. Он считает, что если Европа продемонстрирует готовность действовать самостоятельно, то есть надежда, что и США будут способствовать завершению войны.

- Стал ли мир ближе за четыре года войны между Россией и Украиной? Или все остается столь же запутанным, как было все эти четыре года?

- К сожалению, ситуация, похоже, остается столь же запутанной, как и все четыре года. Россия не изменила своих целей. Эта война идет не за несколько квадратных километров или даже пару сотен квадратных километров в Донбассе и не за Крым, она идет за всю Украину и на самом деле за безопасность Европы. Россия не изменила целей. Ей, конечно, не удалось достичь их на поле боя, но это не значит, что она отказалась от них на дипломатическом поприще. Поэтому остается справедливым выражение, сказанное в начале войны: "Если Россия прекратит военные действия, закончится война. Если Украина прекратит военные действия, закончится Украина". Я очень хочу надеяться, что в ближайшее время удастся убедить Россию прекратить боевые действия, но боюсь, что на красивые слова они не отреагируют.

- Насколько содержательными были трехсторонние встречи, последние раунды которых завершились несколько дней назад в Женеве? Насколько там удалось приблизиться к миру?

- Война продолжается, значит, не приблизились. Единственное, что имеет значение, – это результат. Мир, безусловно, наступит, тут вопросов нет, но вопрос в том, когда он наступит и каким он будет? Нам ведь известно о мире в варианте Ялты или Мюнхена, когда один был несправедливым, а другой не был устойчивым.

Мне кажется, что по-прежнему справедливо наблюдение последних месяцев: украинцы прилагают усилия ради мира и за столом переговоров, и очевидно, что американцы пытаются достичь мира, но действия России я бы назвал просто обманом, где имитируется процесс переговоров, а в это время продолжается убийство гражданских лиц на территории Украины. На мой взгляд, в такой ситуации невозможен какой-либо мгновенный прорыв. Скорее всего, Россия продолжит дурачить, и пока у нас хватает здравого смысла и смелости поддерживать Украину, Украина будет сопротивляться.

<...> Чтобы мир наступил, нужно изменить убеждения [президента России Владимира] Путина или разрушить его уверенность, что время работает на него.<...> Чтобы убедить Путина, нужно дать четко ему понять, что мы не устанем, не свернем с курса ни из-за переговоров, ни по другим причинам. Для этого важно показать реальную способность принимать решения в ближайшее время – сможем ли мы принять следующие санкции, будет ли пакет санкций содержательным, сможем ли мы продолжать военную поддержку Украины, поддержку гражданских лиц, которые сейчас страдают от холода? Проявление устойчивости в этих вопросах должно показать России, что время не работает на нее. Если она верит, что через шесть месяцев сможет добиться лучшей сделки, чем сегодня, у нее нет рациональной причины прекращать [войну].

<...>

Основная проблема 20-го пакета заключается не в том, что нужно сделать что-то дополнительно, а в том, как снять вето со стороны Венгрии и, возможно, Словакии. Мы постоянно ведем дипломатическую работу на двух фронтах. С одной стороны, мы хотим, чтобы каждый представляемый пакет был жестче. Не секрет, что Эстония и многие другие единомышленники хотят ускорить процесс и сделать его более эффективным. С другой стороны, нужно бороться с аргументами тех, кто не хочет вообще ничего, а, возможно, и вовсе хотели бы повернуть что-то вспять.

- Можно ли сломать премьер-министра Венгрии Виктора Орбана? У него впереди выборы, и одним из основных сигналов его кампании является противостояние Украине, а теперь от него ожидают уступок по санкциям, кредитам Украине и так далее. Очевидно, что он этого делать не хочет.

- 19 пакетов удалось принять консенсусом, теперь нужно утвердить 20-й. Но этот процесс не всегда приятный. Достижение консенсуса занимает время. К сожалению, хотя мы движемся в правильном направлении с этими пакетами, все потерянное время неизмеримо в часах.

<...> Я считаю, что не раскрою большой секрет, если скажу, что, независимо от того, какой пакет мы примем, Эстония сразу начнет работать над 21-м пакетом и требовать его. Пока идет война, удовлетворенными быть невозможно.

<...> Мы заявляли, что ничего об Украине без Украины. Это также заявляли все другие государства, которые хоть как-то высказывались на эту тему. Разумеется, решения по этим вопросам должна принимать Украина. В то же время мы заявляли, что ничего о Европе без Европы, и, разумеется, мы не признаем изменение границ силой, поскольку это откроет ящик Пандоры, что болезненно отразится на многих других регионах мира.

<...> Ничего нельзя исключать, но я не верю, что эта война сейчас идет из-за того, что кто-то не согласился встретиться с Путиным. До этого с Путиным встречались многократно. На самом деле, с Путиным встречались и во время войны. Мне приходит на ум ранее упомянутый Орбан, когда Венгрия председательствовала в Совете ЕС и он летал в Москву. Что тогда изменилось? Закончилась ли война? Я уверен, что украинцы готовы делать все необходимое, чтобы завершить эту войну. Если нужно встретиться с Путиным, они встретятся с Путиным. Просто тот, кто хоть немного реалистично оценивает ситуацию сегодня, понимает, что не из-за отсутствия встреч продолжается эта война, а из-за желания Путина добиться своих первоначальных целей.